Часы Breguet с гильоше. Почему их нельзя скопировать
Вячеслав Медведев
Самые статусные, долговечные, узнаваемые и красивые - часы с гильоше
Breguet. Главное имя в часовой истории и одни из самых узнаваемых часов в мире. Стрелки с яблочками, рифленый корпус-монета – что у вас на руке настоящая вещь, окружающие поймут безошибочно и еще издалека. А главный признак того, что у вас на руке вещь за десятки тысяч долларов, — циферблат. 200 лет назад Breguet сделал ставку на металлическое гильоше. Красивейший и практически вечный декор: он не выцветает, как лак, не трескается, как эмаль, и спустя века выглядит так же дорого, как в день покупки. Гильоше – это сложнейшая техника, требующая ручного труда. В этой статье - о том, все ли часы Breguet сделаны вручную, и как отличить циферблат, сделанный вручную от вышедшего из-под станка. Разберем классификацию рисунков: от «Парижских гвоздей» до сложнейшего «Ячменного зерна». И разумеется, поговорим об истории гильоше, - в том числе, как в ней поучаствовал личный токарь Петра Первого.
О любви к деньгам. Реальная история гильоше
На сайте Breguet можно прочитать стройную легенду: в 1786 году Абрахам-Луи Breguet начал использовать гильоше в часах. Начал исключительно ради функционала. Мол, узор убирает блики, зонирует циферблат и скрывает царапины. Но давайте будем честны: поцарапать циферблат, прикрытый стеклом, владелец не может. Если поцарапать его угораздит мастера, гильоше не только не «скроет» дефект, а превратит его в катастрофу, исправить которую можно лишь покупкой нового циферблата. Breguet действительно был королем утилитарности: его противоударный «парашют» и легендарный турбийон пытались решить реальные проблемы. Но в случае с гильоше, мне кажется, официальная версия «притянута за уши».
Истинная причина была куда прозаичнее. Breguet хотел денег, - это нормально. Но подделки придумали не китайцы и не в XX веке — во времена Breguet его часы «пиратила» вся Европа. Сам Breguet делал 60-80 часов в год, и говорят, что на каждый экземпляр оригинальных приходилось от 200 до 500 подделок. Breguet искал визуальный барьер, который невозможно повторить «на коленке».
И вот - идеальное решение! Гильоше - техника запредельной сложности. Часы с таким циферблатом моментально выделялись из толпы. Это была «цифровая подпись» XVIII-го века, скопировать которую было нельзя. А приехал секрет защиты от подделок из России, - за 50 лет до основания мануфактуры Breguet. Но про это позже.
Важно понимать: сам Breguet не был гильошером. Он выступал заказчиком: находил лучших мастеров, таких как знаменитый Тавернье, и ставил им задачу, которую не мог выполнить больше никто. Даже сегодня сделать такие циферблаты, как у Breguet, способны немногие.
Среди предложения на вторичном рынке я выбрал 5 интересных часов Breguet. Интересных разными рисунками, механизмами, а еще – выгодной ценой. Местами даже слишком выгодной.
Breguet Marine GMT 5857ST 12 5ZU
Первыми по простоте стали Breguet Marine GMT - заодно, самая «свежая» модель в нашем обзоре, она дебютировала около 10 лет назад. Признаю, в Breguet работают шутники: в качестве узора гильоше для коллекции Marine выбрали волны. Чуть меняется угол, под которым падает свет, - и по циферблату и правда будто пробегает волна света.
А если перевернем часы, то снова увидим волны. На крышке корпуса и на секторе автоподзавода. Это мануфактурный калибр 517F. Старинную технику декора в Breguet соединили с современными технологиями: спираль из кремния, запас хода 72 часа.
Попытка Breguet адаптировать свой строгий ДНК к спортивному, динамичному стилю прослеживается и в дизайне в целом. Корпус-монетка с узнаваемым рифлением на торцах, фирменные стрелки с «яблоками» (но теперь с люминофором) - и угловатые лапки, которые выглядят куда мускулистее классики, плюс ремешок из каучука. А еще – второй часовой пояс, самая востребованная функция для тех, кто часто меняет города. В бутиках цена на эти часы переваливала за 23 000 долларов, при стальном корпусе, на международных площадках вроде Chrono24 они торгуются в диапазоне от 16 до 20 тысяч.
В Москве я нашел эти часы за 15 500. Указано «Состояние новых», но вы и сами все видите. Экономия от цены бутика – 8 000. Неплохо, хотя сегодня будут и более выгодные варианты.
При подготовке ролика я обратился за консультацией к Алексею Лавлинскому, который занимается созданием изделий с гильоше с 2015 года, - возможно, вы помните его по ролику про часы Briller. По словам Алексея, в иерархии гильоше "Волна" считается относительно простым рисунком. Простым – потому что весь рисунок выполняется за один цикл, при одних настройках станка. Но в гильоше «просто» — понятие относительно. Работа требует одинаковой глубины реза.
Я говорил, что одним из аргументов за гильоше является визуальное зонирование функций. Обратите внимание на 24-часовой указатель: в верхней половине нарезаны «солнечные лучи», а в нижней — плотная плетенка. Это визуальная подсказка: день сейчас или ночь.
Для чего в Breguet Marine GMT использовано гильоше? Это особый способ показать связь с морем и с традициями бренда. Как и в более классических часах, в них мгновенно опознается стиль Breguet, но точно так же читается активный характер владельца. А еще они показывают, что гильоше — это не только хрупкий декор для кабинетных часов, но и функциональный элемент, который делает циферблат интересным и читаемым.
Розовая машина. Почему рука точнее лазера?
Гильоше, традиции, ручная работа, дороговизна, - что вы все поете эту мантру? Что такого сложного в создании гильоше? Загнал в станок, пока сходил за пивом – вуаля, все готово! Как и все в часах, на идейном уровне все примитивно. Станки для гильоше называют rose engine – "розовая машина".
Их сердце – набор розеток, дисков особой формы. Эти розетки собраны на валу, с одной стороны которого на шпинделе крепится заготовка детали. Крутим вал, вращается заготовка, а к ней приставлен резец. На обычном токарном станке мы бы нарезали на детали кольцо. Здесь получаем рисунок, потому что шпиндельная бабка, в которой закреплен вал с розетками и деталью, подвижна. Она может колебаться влево-вправо. Одна из розеток упирается в неподвижный штифт, и при вращении качает шпиндельную бабку с деталью. В зависимости от формы розетки можно получить различные рисунки. Мастер одной рукой вращает шкив, приводя в движение вал-розы и заготовку, а второй — подводит резец. Так получаем круговые узоры. Аналогично можно получить линейные. Конструкция чуть другая, принцип ровно такой же. Меняем розетку или линейный шаблон – и получим другой рисунок.
Breguet Classique Automatic. Вершина концентрации
Эталон классики - Breguet Classique Automatic 5177. На первый взгляд, это просто костюмные часы. Белое золото, 38 мм. Здесь нет сложных индикаторов или дополнительных стрелок, да и все линии на циферблате – просто прямые. Но именно в этой простоте скрывается то, что Алексей Лавлинский называет настоящим вызовом для мастера. Весь циферблат занимает узор «Шахматная клетка». Визуально строгие квадратики кажутся проще, чем волна на часах Breguet Marine. На самом деле, трудоемкость создания такого циферблата выше.
Квадратики нарезаются в двух направлениях, под 90 градусов, причем в несколько проходов. Сложность в том, что нужно выставить заготовку циферблата идеально перпендикулярно оси резца в любой точке, а мастеру всегда с одним усилием подводить резец. Последнее – ключевое. Потому что на строгих линиях любая неровность реза или его глубины будет видна моментально.
Как и многое в часах Breguet, внешнее впечатление «дедушкиного антиквариата» обманчиво. В часах стоит калибр 777Q, первый калибр Breguet, где анкерное колесо, вилка и спираль баланса изготовлены из кремния. Это делает часы полностью невосприимчивыми к магнитным полям. Кремний не требует смазки, а значит, точность хода будет оставаться стабильной годами. Калибр дебютировал как раз в этой модели, так что считайте, что у часов не одна история, а две. Разумеется, сектор автоподзавода тоже украшен гильоше, - он тоже из белого золота. Это часы для перфекциониста, который знает: самая сложное в жизни —сделать что-то простым, но безупречным.
В бутиках эти часы стоили за 20 000 долларов. Белое золото, 38 мм, гильошированный циферблат, стрелки Breguet. На вторичном рынке их можно найти за куда более приятные 11 000 – 12 000.
Теперь вы знаете, как наносят гильоше. А почему бы не упростить схему еще чуть-чуть? Удалить лишний элемент, - того самого мастера, что крутит ручки. Почему бы не заменить его моторчиком? Такие машины существуют. Те же розетки, здесь – металлические. Вместо простого резца – фреза, но суть такая же. Кстати, вал подпружинен, и помимо движений бабки может еще и смещаться в ней взад-вперед – по команде розетки. Человек-то и не нужен!
Так почему Breguet кормит нас сказками про ручную работу, вековое мастерство? Если делать такие вазочки, то человек действительно не нужен. А если циферблат – начинаются проблемы. Главных две: материал и размеры. Работу с заготовкой из твердого мягкого материала большой толщины вполне можно возложить на станок, он справится. А циферблат Breguet — это пластина из золота толщиной меньше полмиллиметра. Резец не просто царапает поверхность, он снимает стружку, создавая напряжение в металле. Золото начинает «дышать» и едва заметно изгибаться под резцом, по пластине бежит волна. Автоматика этого не чувствует: она просто додавит до запрограммированной глубины, но когда пластина распрямиться, глубина реза будет плыть.
При создании циферблата резцом управляет мастер. Его палец чувствует сопротивление металла. Человек работает на грани физики и интуиции, регулируя давление резца в зависимости от того, как ведет себя конкретный кусок металла в данную секунду. Это «живой» процесс.
Сегодня для создания гильошированных циферблатов начали использовать станки с ЧПУ и даже лазер. Но на станке пока не удается получить действительно тонкие рисунки. А изделие из под лазера получается замыленным, не дает блеска, который получается после резца.
Внизу циферблатов Breguet есть надпись Swiss Guilloche Main, - такую пометку ставят на часах Breguet, циферблат которых нарезан вручную.
Мы восторгаемся гильоше на яйцах Фаберже, ювелирных изделиях. Но часовое мастерство — это другой уровень сложности, на порядок более высокий. Шаг узора на украшениях шире, а кривизна поверхности прощает мелкие огрехи. Циферблат же — это идеально плоская арена. По словам Лавлинского, на плоскости глаз замечает отклонение линий в одну сотую миллиметра. Любая ошибка в шаге, направлении или глубине реза превращает декор в «грязное пятно». Исправить это уже нельзя. Работа над циферблатом занимает от восьми и до восьмидесяти часов, и если на последнем резе у мастера дрогнула рука, заготовка отправляется на переплавку. Да, я сказал, что на Breguet циферблаты делают из золота и после серебрят? Имейте в виду.
Золотой стандарт и аномалия цен
Чем меньше изделие – тем сложнее с ним работать, и тем выше должна быть квалификация мастера. Следующая модель – самая доступная в обзоре, самая маленькая, но едва ли не самая сложная. Breguet Classique Twin Barrel 5920BA — самое чистое воплощение стиля бренда: желтое золото, тонкий корпус в 34,5 миллиметра и циферблат, который по сложности рисунка стоит на ступень выше предыдущих.
В этой модели мы видим три рисунка гильоше. Основной узор — знаменитые Clous de Paris, «Парижские гвозди». Алексей Лавлинский подчеркивает: этот узор кажется простым только со стороны. На самом деле это проверка мастера на выдержку. Чтобы создать эти идеальные «пирамидки», он должен провести десятки линий в одном направлении, а затем — строго перпендикулярно им. Малейшее отклонение в глубине реза, и вместо стройного ряда пирамидок вы увидите какофонию из пизанских башен.
Кажется просто, но «почерк» у мастера должен быть каллиграфическим. Еще два рисунка – дорожки, отделяющие кольцо с часовой разметкой, и волнистая поверхность около секундной стрелки. И обратите внимание на то, как аккуратно обведены площадки каждой из часовых меток. Напоминаю о размере часов: 34 миллиметра! Это значит, что требования к точности выше, чем в предыдущих моделях.
Что с обратной стороны? Это единственные в обзоре часы с глухой крышкой. Ее оставили явно для подарочной надписи, но без дорожки гильоше на Breguet обойтись не смогли.
А что по технической части? Внутри небольших по размеру часов поместился калибр Breguet 516/1, - автоподзавод с двумя барабанам. Они дают запас хода в 72 часа, а спираль из кремния - современные точность и антимагнитность. С размером 34,5 мм часы относятся к категории унисекс. Они прекрасно сядут на женскую руку, и будут хорошо смотреться на узком мужском запястье. Напомню что Штурманские Гагарина имели диаметр вообще 33 миллиметра.
На Chrono24 за Breguet Classique Twin Barrel просят около 9 000 долларов. Однако в Москве я нашел эти часы за 5 500. Чу-де-са! Часы в стиле old money, в золотом корпусе, по цене стальных – вариант практически уникальный. Хоть перепродажей занимайся. Мол, принимайте гильоше, из России – с любовью!
Андрей Нартов и «Машина 4-го рода»
Кстати, про гильоше и Россию. В архивах Парижской академии наук за 1720 год сохранилась любопытная запись. В ней французские академики с нескрываемым изумлением описывают аппарат, привезенный из далекой России. Его доставил личный токарь Петра Первого — Андрей Нартов. За полвека до того, как Абрахам-Луи Breguet открыл свою мастерскую, Нартов показал французам то, что он сам называл «Машиной 4-го рода». И это был настоящий технический прорыв. В то время уже придумали токарный станок, но резец токарь всё еще держал руками. Нартов изобрел механический суппорт — стальной держатель, который исключал дрожание человеческой руки и резко повысил точность.
Станок Нартова был копировально-медальерным. Он работал по принципу перемещения заготовки по сложным шаблонам, которые назывались «розетами». Именно эти Rose engine стали прямыми предками тех станков, на которых сегодня нарезают циферблаты Breguet.
Французы настолько оценили подарок, что станок Нартова до сих пор хранится в Париже, в Музее искусств и ремесел, как символ технического триумфа.
Нартов превратил художественное ремесло в прецизионную инженерию, предложил технологию, без которой серийное применение гильоше в часах было бы просто невозможно.
Breguet Classique Retrograde Seconds. Триумф «Ячменного зерна»
Получается, что в безупречной геометрии следующих часов Breguet тоже есть след русской «машины 4-го рода», которая когда-то поразила Париж. Четвертая модель в нашем обзоре — это настоящий триумф механики и геометрии. Если предыдущие часы были образцом лаконичности, то Breguet Classique Retrograde Seconds — это демонстрация того, как Breguet заставляет время двигаться не по кругу, а по сложной траектории.
Корпус-монета, белое золото, универсальные 39 миллиметров, яблочки Breguet. Classique Retrograde занимает в иерархии бренда особое положение: «интеллектуального усложнения». Здесь секундная стрелка не совершает полный оборот, а доходит до края шкалы и мгновенно прыгает назад, на ноль. Это исторический оммаж карманным часам Breguet. Мастер обожал такие «прыгающие» индикаторы.
Но сегодня для нас интересен уровень сложности гильоше. Центральное поле – уже знакомые Парижские гвозди. А по контуру – похожий, но один из самых сложных в реализации рисунков «ячменное зерно». Теоретически узор строится просто: каждый последующий рез смещается от предыдущего в противофазу, в нашем случае на градус с четвертью. Создать такой узор с помощью шаблона в 24, или 36, или даже в 42 волны кажется не так сложно. Но у Breguet их 144, по 12 между каждым часовым индексом. Сложно представить себе точность шаблона и прецизионность передачи колебаний на заготовку , чтобы на циферблате получить не рассыпанные в беспорядке зерна злаков всех сортов, а именно равномерный ковер из ячменных зернышек. Чтобы получить такой равномерный «ковер», требуется прецизионная точность машины. До сотой доли миллиметра.
Внутри стоит калибр Breguet 516DRSR. Он создан на базе ультратонкого Frederic Piguet 1150. Два заводных барабана, спираль из кремния, 65 часов запаса хода. И разумеется – гильоше на секторе автоподзавода. Но главное — это спектакль на циферблате.
По деньгам ситуация снова аномальная. В середине нулевых компания продавала эти часы по 23 000 долларов. На Chrono24 цены колеблются около 14 000. В Москве же такие часы можно найти дешевле 11 000. В эти деньги получится вместить не каждый стальной хронограф даже массовых брендов, а здесь - белое золото, ретроградная механика и один из самых плотных узоров гильоше в мире.
Возрождение. Где рождается гильоше?
Сегодня часовую отрасль часто ругают за разделение труда: мол, стало совсем мало мануфактур. Breguet – пример обратный. Если во времена самого Абрахама-Луи циферблаты были «аутсорсом», то сегодня все делается внутри компании. Как я сказал, для качественного рисунка нужны ультраточные станки. В 2000-х годах, после вхождения в Swatch Group, Breguet скупил по всей Европе старые станки XIX века. Их восстановили и создали крупнейший в мире цех ручного гильоширования.
Сегодня в нем работает около 30 мастеров. Это не просто «операторы станков», это люди с железными нервами и феноменальной мышечной памятью. Именно на собственных мощностях Breguet возродили эти сложные узоры. Если вы видите надпись Swiss Guilloché Main – значит, циферблат был сделан вручную.
Перламутровый финал. Почему здесь нет «Guilloché Main»?
А если не видим? Такой надписи нет на пятой модели в списке — Breguet Marine Lady Chronograph. Ее отсутствие означает, что здесь гильоше нанесено автоматом. Все по честному. Исторически гильоше начиналось вовсе не с золота, а с более мягких и простых материалов — дерева и слоновой кости. С ними работать проще. Станок Нартова был придуман для них. Металл же — субстанция коварная: он «тянется» за резцом, сборит, требует того самого «чувства пальца», о котором мы говорили.
В этой модели циферблат выполнен из натурального перламутра. Перламутр не «сборит» под резцом, как пластичное золото, а поэтому мануфактура пошла по пути частичной автоматизации. Тем не менее, визуально это шедевр. На перламутр нанесена фирменная «Морская волна», которая в сочетании с переливами раковины создает иллюзию живой воды. Но работа мастера здесь не стала проще — она просто переместилась в другую плоскость. Перламутр может треснуть от любого неосторожного движения, а ведь в него еще нужно интегрировать накладные элементы и разметку.
Часы женские, размер 34,5 миллиметра. При этом – с очень интересным механизмом. Калибр Breguet 550 – едва ли не самый маленький в мире хронограф с автоподзаводом. Его диаметр меньше 24х миллиметров, при этом запас хода – 45 часов! Сектор автоподзавода – разумеется, тоже с гильоше.
В бутиках эти часы стоили около 30 000 долларов, во многом за счет бриллиантов. На вторичке их можно найти за 18-20 000.
Часы-парадокс. С одной стороны — спортивный каучуковый ремешок и 100-метровая водонепроницаемость, с другой — белое золото, перламутр с гильоше, бриллианты и сапфировый кабошон в заводной головке. Вариант «спортивной элегантности», где гильоше служит уже не защитой от подделок, а ювелирным фоном для настоящих сокровищ.
Заключение. Искусство видеть детали.
Сегодня мы прошли путь от «Машины 4-го рода» времен Петра Первого до ультрасовременных калибров с кремниевым сердцем. Что я хотел донести этим выпуском?
Что гильоше — это не просто декор. Это «цифровая подпись» из XVIII века, которую до сих пор не может полностью имитировать ни один робот. А Breguet — это заповедник. Одна из немногих мануфактур, которая сохранила живую связь с ручным станком. И что рынок умеет удивлять. Как мы увидели на примере Classique Retrograde или Twin Barrel, на вторичном рынке можно найти шедевры ручной работы по цене серийной стали.
Часы с гильоше — это вечная ценность. Через пару десятков лет лак на циферблате покроется микротрещинами и выцветет. Эмаль боится ударов. А металл с честным резным узором будет играть на солнце и через сто лет.