События

SIHH-2017 | Мамонты и бабочки

 

«Мои Часы» #1-2017

Лиза Епифанова

Обсудить на форуме Оформить подписку

SIHH-2017 | Мамонты и бабочки

С 16 по 20 января в Женеве прошел 27-й Салон высокого часового искусства. Как сказал один уважаемый коллега, быстро подсчитав в уме: «27 — это 3 в кубе». Три девятки — идеальная, счастливая комбинация у последователей как Конфуция, так и Пифагора. Насколько этот год будет удачным для часовых производителей и их клиентов, покажет время. Но сам 27-й SIHH оказался без сомнения богатым на яркие премьеры и сенсации.

Островные новости 

О том, что с этого года консервативный SIHH ожидают большие перемены, начали говорить еще несколько месяцев назад. Еще больше увеличилось число участников, достигнув тридцати (стоит вспомнить, что начинал салон четверть века назад с пяти). Впервые появился свободный вход для всех желающих по билетам. Пока, правда, всего на один последний день, но атмосферу строгой элитарности все равно слегка разбавили. Очевидно, что, раз начавшись, перемены будут расти и множиться дальше и уже через пару лет мы и не узнаем наш привычный старый добрый SIHH. А возможно, и всю часовую индустрию в целом, не говоря уже о «высокой часовой механике»… Вот такие примерно велись разговоры в кулуарах салона.

sihh-2017

Кому-то не нравится мягкость нового регламента Swiss made, остановившаяся на 60% частей, произведенных в Швейцарии. Кто-то проклинает тот день, когда решил ставить на свои часы Женевское клеймо. Кого-то раздражает засилье всего «подключенного» в часовом деле, другой, наоборот, мечтает о том, чтобы продавать часы в один клик.

MB&F Horological Machine №7 Aquapod

MB&F Horological Machine №7 Aquapod, минутный турбийон, спроектированный Эриком Жиру, помещен в корпус-батискаф

Жизнь в часовом мире кипит и бурлит, в этом году, скорее всего, произойдет множество интересных и неожиданных событий, но если смотреть объективно, то их можно назвать «новостями с острова Врангеля». 
На острове Врангеля, как известно, были найдены останки мамонтов, которые жили там еще четыре тысячи лет назад. То есть, когда все мамонты на планете в целом уже пять тысяч лет как вымерли, а в Египте люди уже вовсю возводили свои пирамиды, мамонты острова Врангеля продолжали свою привычную жизнь как ни в чем не бывало. Нужно им было знакомиться с египетской цивилизацией? Честно говоря, не очень. Сохранили свои шкуры и бивни. 

минутный турбийон, спроектированный Эриком Жиру

Часовое искусство — это уже давно такой обособленный остров с собственными законами, и его попытки прибиться к чему-то материковому выглядят странно. Возможно, именно эта особенность, тот факт, что часовая механика (и даже традиционный аналоговый кварц) сегодня — это и не утилитарный прибор, и не чистое, то есть уже совсем непрактичное, искусство — как раз интригует и привлекает к себе множество поклонников. 

Audemars Piguet Diamond Outrage

Audemars Piguet Diamond Outrage, браслет из белого золота, инкрустированный бриллиантами и сапфирами в форме сталактитов

Жизнь на острове увлекательна и наполнена событиями. Кстати, у островной фауны есть одна особенность, подмеченная еще Чарльзом Дарвином: крупные виды животных на острове начинают мельчать из-за ограниченности ресурсов, тогда как мелкие виды, и в особенности насекомые, наоборот, увеличиваются в размерах, поскольку меньше опасность и ниже конкуренция. Пожалуй, это наблюдение справедливо и для часового дела, что особенно видно в премьерах SIHH. Главными поставщиками новых экспериментальных идей и трендов по-прежнему являются небольшие нишевые марки с ограниченным выпуском. 

Часы Franck Muller Vanguard 7 Days Power Reserve Skeleton

Franck Muller Vanguard 7 Days Power Reserve Skeleton, выпущенная к 25-летию мануфактуры

Смотр достижений

Самое главное наблюдение, вынесенное из экспозиции SIHH, заключается в том, что в этом году все бренды-участники решили продемонстрировать лучшее в своем классе. Каждый выступил там, где у него получается лучше всего, причем на вершине возможностей.

Panthere de Cartier в золотом корпусе

Panthere de Cartier в золотом корпусе на золотом браслете возрождают легендарную дамскую коллекцию 1980-х

Vacheron Constantin продолжил историю со сложнейшими уникальными экземплярами, комбинирующими множество хитроумных функций. В том же ключе, но с саксонской спецификой, выступила и A. Lange & Sohne. Франсуа-Поль Журн, формально в SIHH не участвующий, в этом году доделал третий Vagabondage — теперь со скоростными дисковыми секундами. Те же Vacheron Constantin и Jaeger-LeCoultre представили результаты филигранного мастерства своих эмальеров, граверов и ювелиров. Cartier создал уникальные драгоценные часы с изумрудами и рубинами, а также новую технику работы с золотом, окисляя его до разных оттенков, варьируя температуру нагревания — Flame Gold.

Bovet Virtuoso VIII с «большой датой»

Bovet Virtuoso VIII с «большой датой», парящим турбийоном и 10-дневным запасом хода впервые в традиционном ультратонком корпусе

Всеобщее восхищение вызвал Van Cleef & Arpels, который также выступил в привычном для себя амплуа «поэтической механики» настолько интересно, что впечатлил даже людей, не верящих в фей и единорогов. И если первый в истории компании автоматон «Фея Ундина», исполненный в единственном экземпляре, является скорее исключительным изделием, консолидировавшим усилия самых различных мастеров, то бабочка на циферблате Lady Arpels Papillon Automate, машущая крыльями с разной интенсивностью, — это пример той самой изобретательской фантазии, за которую мы и любим часовую механику. Officine Panerai и Richard Mille, отвечающие за высокотехнологичное направление выставки, представили целый набор экспериментальных материалов и технологий. Им компанию составил дебютант SIHH Ulysse Nardin с концептом InnoVision2.

Audemars Piguet Royal Oak Frosted Gold в корпусе 37 мм

Audemars Piguet Royal Oak Frosted Gold в корпусе 37 мм украшены ювелиром Каролиной Буччи в флорентийской технике с «морозным» эффектом

В этом отношении привлечение новых участников — это, безусловно, плюс салону с точки зрения информационного разнообразия. Если Girard-Perregaux просто вернулся на свое традиционное место, то премьеры Ulysse Nardin и участников Carre d’Horloges: Urwerk, MB&F, H.Moser, новичков Ressence, Speake-Marin и MCT — это свежий взгляд и повод для дискуссий. 

Часы Girard- Perregaux Neo Bridges

Girard- Perregaux Neo Bridges, первый калибр с двумя мостами без турбийона
 

Все то золото 

Суперсложные концепты — это, конечно, вишенка на торте часовой механики, без которой она теряет львиную долю привлекательности. И это замечательно, что мануфактуры продолжают реализовывать свою буйную фантазию — и судя по обещаниям глав компаний, в течение года нас ждет еще несколько исключительных премьер и рекордов. 
Но в том, что касается трендового повседневного стиля, то уже третий год тон в часовых премьерах задают «малые усложнения»: годовой календарь, указатель времени суток, второй часовой пояс и царица их — индикация фазы Луны.

Часы Van Cleef & Arpels Lady Arpels Papillon Automate

Van Cleef & Arpels Lady Arpels Papillon Automate с порхающей на циферблате бабочкой

Луна правит на циферблатах подавляющего числа премьер, причем как в мужском, так в женском исполнении. Список первых открывают H. Moser & Cie Perpetual Moon, новый Drive de Cartier, Lange 1 Moonphase, Vacheron Constantin Patrimony Moon Phase Retrograde Date. Прекрасной половине предложено любоваться естественным спутником на циферблатах Girard-Perregaux Cat’s Eye Celestial, новой дамской линии IWC Da Vinci и JaegerLeCoultre Rendez-Vous Moon Medium. 

Часы Cartier Papyrus

Cartier Papyrus украшены 32 замбийскими изумрудами общим весом 38,2 карата

Для ценителей спортивного стиля по-прежнему нет ничего лучше старого доброго хронографа, и в этом году они вышли без особых достижений (за исключением Montblanc, который представил очередную версию своего счетчика тысячных долей секунд в коллекции TimeWalker), зато с интересными дополнениями вроде сплит-стрелки или двойного тахиметра для автомобилей и пешеходов (Parmigiani). А в честь 35-й регаты America’s Cup сразу два бренда представили яхт-хронографы с счетчиками обратного отсчета: Ulysse Nardin для команды Artemis Racing, а Officine Panerai для Oracle Team USA и японской Softbank Team. 
Но, пожалуй, самая яркая смена ориентиров сейчас происходит в области выбора материалов и цвета. Гости SIHH не могли не заметить возвращения желтого золота. Часы из этого металла представили сразу четыре бренда: Audemars Piguet, Cartier, Jaeger-LeCoultre и Piaget. И если мужские желтые часы были приняты с энтузиазмом (еще пятнадцать лет назад такое золото называлось «европейским»), то дамские версии на современный вкус выглядели непривычно. Интересную мысль высказал глава Jaeger-LeCoultre Даниэль Ридо, заметив, что большинство ювелирных украшений все-таки изготавливаются из желтого, а не из розового золота, поэтому такие часы могут стать дополнением единого ансамбля на своей владелице. 

Часы Van Cleef & Arpels Fee Ondin

Van Cleef & Arpels Fee Ondin, уникальный автоматон с механизмом Франсуа Жюно

Впрочем, желтое, красное или зеленое — главное, в наступающем году в часах непременно должно быть золото, и чем больше, тем лучше. Эта тенденция была замечена не только на SIHH, но и во многих премьерах, анонсированных различными брендами в начале 2017-го. Беспроигрышное сочетание — золотой корпус и золотистый же циферблат, и, конечно же, аккомпанировать им должен массивный золотой браслет. 

Часы Panerai Luminor Marina 1950 America’s Cup 3 Days

Panerai Luminor Marina 1950 America’s Cup 3 Days, официальная модель регаты в стальном корпусе 44 мм

Ночная тьма 

Еще один тренд, который может составить конкуренцию золоту и стали, — это ультрачерные часы. Черный аксессуар хорошо смотрится на любом запястье и отлично сочетается с любыми дополнительными украшениями и стилем в одежде. Одна только проблема: черное покрытие, каким бы оно ни было стойким, рано или поздно имеет свойство стираться, да и добиться хорошей контрастной читаемости от черных часов (если это не пилотские приборы) — тоже совсем не простая задача.

Часы Ulysse Nardin Regatta в стальном корпусе 44 мм

Ulysse Nardin Regatta в честь участия Artemis Racing в 35-й America’s Cup в стальном корпусе 44 мм с циферблатом, расписанным зеленой эмалью

Теперь новые технологии позволили производителям включиться в борьбу за «реальный черный» — стойкий, глубокий и поглощающий свет. На смену PVD пришли покрытия с углеродными нанотрубками, детали механизма, целиком изготовленные из карбона, и даже композит на основе самого продвинутого материала углеродных технологий — графена.

Vacheron Constantin Les Cabinotiers Celestia Astronomical Grand Complication 360

Vacheron Constantin Les Cabinotiers Celestia Astronomical Grand Complication 3600 с 23 астрономическими функциями

В связи с внедрением новых материалов и смещения акцента от стали к золоту, меняется и гамма циферблатов. Конечно, лидер популярности — по-прежнему синий, но, в конце концов, сколько можно выпустить синих часов?! Хит наступающего сезона — это зеленый, который, кстати, идеально сочетается с желтым золотом и сверхпопулярной бронзой, а также благородный серый (можно называть его «графитовый» или «цвет асфальта»). Такие премьеры представили IWC в Da Vinci Perpetual Chronograph или Roger Dubuis в Excalibur Automatic. А Франсуа-Поль Журн представил целую коллекцию в нежном пастельно-табачном цвете, который назвал Havana.

Часы MCT Sequential One S110 Skull

MCT Sequential One S110 Skull с черепом, покрытым люминесцентным составом

Популярность винтажного стиля 1960-х привела к тому, что во многих премьерах этого года арабская разметка явно господствовала над римскими цифрами и условными индексами. 

Луна из сыра 

Раз уж речь зашла о графене, а точнее о концепте, который Richard Mille изготовил из этого материала в честь начала сотрудничества с командой MacLaren-Honda, нельзя не вспомнить главное, ради чего сотни тысяч людей во всем мире до сих пор участвуют в создании и распространении традиций часового искусства. Они таким образом самовыражаются. 

Причем пропорционально росту числа участников SIHH самовыражение стало заметнее. Традиционные мануфактуры, такие как Cartier, Jaeger-LeCoultre, Vacheron Constantin, с особым удовольствием демонстрируют часы практически без стрелок (или с едва заметными стрелками), которые позволяют не ограничивать художественную и ювелирную фантазию. Roger Dubuis позаимствовал резину из шин Pirelli. Пока, правда, только для ремешка, но не исключено, что дело дойдет и до других компонентов. Girard-Perregaux и MB&F упражняются в трехмерной сферической индикации. Бенуа Минтьенс из Ressence заливает циферблат маслом. С появлением среди участников HYT и MCT женевский салон обогатился часами с изображением черепа. Компанию возмутителям спокойствия составляет Romain Jerome, который приготовил очередную порцию часов с ностальгическими играми (Donkey-Kong) и кусочками лавы Эйяфьятлайокудля. А главным новостным поводом SIHH стал еще недавно скромнейший рафинированный бренд H. Moser & Cie, представивший часы Swiss Mad в корпусе из сыра Vacherin Mont d’Or и выставивший их на продажу за миллион франков. Кстати, сыр заключен в прозрачный композит, поэтому не пахнет. 

Часы Franck Muller Vanguard Skeleton Sapphire

Franck Muller Vanguard Skeleton Sapphire в корпусе из сапфирового стекла

Конечно, все это лишь частные случаи эпатажа, а не общий тренд. Делать часы из всего, что подвернется под руку, мастера научились еще с тех времен, когда первый бедуин нашел в пустыне обломок метеорита и принес его Антуану Прецьюзо. Вот и главный хулиган часовой отрасли Иван Арпа, в этом году участвующий в выставке независимых часовых марок SIWP (Swiss Independent Watchmakers Pavilion), проходившей недалеко от SIHH, по традиции выступил с злободневной моделью, опять наклеив на циферблат порезанные в шредере деньги — на этот раз доллары (стоит заметить: модного зеленого цвета). 

А другой участник SIWP Людовик Баллуар, известный своей моделью с переворачивающейся индикацией Upside Down и авторством Opus XIII для Harry Winston, услышав про часы Swiss Mad, горестно вздохнул: «Я сам уже два года делаю циферблаты из коровьего молока. Никто не понимает». Очевидно, стоит кому-то уже наконец совместить два актуальных направления в механике и дизайне, изготовив первый в мире календарь с луной из сыра. 

Cartier Emeraudes Gravees из белого золота

Cartier Emeraudes Gravees из белого золота украшены бриллиантами, ониксом и 2 колумбийскими изумруда

Все-таки женевский Салон, как бы он не расширялся и не трансформировался, по-прежнему обладает неповторимой атмосферой, способной точечными, лимитированными премьерами, как в лазерном пучке, собирать основные идеи часовой отрасли. 

Насколько популярными в массах и перспективными окажутся многие из увиденных в январе трендов — увидим уже совсем скоро на BaselWorld. 

Теги
SIHH-2017